Эксперты пожаловались на "утаивание" данных об остатках на счетах банков

В 2017 году ЦБ перестал публиковать детализированные данные по остаткам на расчетных счетах ряда категорий банковских клиентов. Эксперт ВШЭ назвал это решение "странным": теперь "крайне тяжело" проводить анализ устойчивости отдельных банков

С февраля Банк России перестал публиковать на своем сайте полноценные балансы российских банков, чем "сильно испортил жизнь профессиональным банковским аналитикам", написал сегодня в обзоре Высшей школы экономики "Комментарии о государстве и бизнесе" ведущий эксперт Центра развития ВШЭ Дмитрий Мирошниченко. Речь об изменениях в данных по так называемой форме 101, публикуемых ежемесячно. Еще в марте на эти изменения обратил внимание портал Banki.ru, тогда же банковские аналитики рассказали РБК, что перестали "видеть" в массиве данных ЦБ, в частности, информацию об остатках клиентов по счетам избирательных фондов физлиц и исполнителей гособоронзаказа.

Если раньше в отчетности Центробанка счета организаций, находящихся в федеральной или иной государственной собственности, и счета негосударственных организаций "разбивались" на средства финансовых, коммерческих или некоммерческих организаций, а в составе прочих клиентских средств можно было отдельно видеть остатки средств индивидуальных предпринимателей, нерезидентов и т.д., то теперь ЦБ решил "свернуть" эту детализацию, причем сделал это без какого-либо "анонсирования", комментариев или объяснения причин, отмечал Banki.ru в рубрике "Мнение". Пресс-служба ЦБ в конце марта подтверждала РБК, что порядок размещения информации по счетам 405–408 был изменен, и объясняла это тем, что прежняя структура балансовых счетов "может приводить к раскрытию информации по счетам отдельных клиентов".

ЦБ заменил ежемесячную отчетность банков на "урезанную" версию за период с 1 октября 2015 года. "Остается совершенно непонятным, что особенного произошло в сентябре 2015 года, после чего данные по указанным счетам в балансах коммерческих банков чуть ли не приравнялись к государственной тайне", — недоумевает Мирошниченко. Он утверждает, что теперь стало сложнее осуществлять "полноценный профессиональный анализ финансового состояния отдельных банков и всей банковской системы в целом". Например, в ряде случаев полезно отделить средства физлиц-резидентов от нерезидентов или счета финансовых организаций от нефинансовых, пишет эксперт. Банк России не объяснял в ответе РБК, почему изменения внесены за период с 1 октября 2015 года.

Депозитные счета ЦБ оставил как есть, изменения коснулись расчетных счетов, уточняет руководитель департамента финансовых рейтингов Национального рейтингового агентства Карина Артемьева. "Средства физических лиц на счетах кредитных организаций — это, как правило, срочные деньги, депозиты. Их учета изменения не коснулись, а это наиболее интересная вещь для управления ликвидностью", — подчеркивает она.

В составе затронутых изменениями счетов раньше можно было видеть остатки средств на проведение выборов и референдумов (счет 40811), средств избирательных фондов кандидатов (40810). На 1 января 2017 года на этих "избирательных" счетах в банках оставалось лишь 22 млн руб., но еще 1 сентября 2016 года было свыше 1 млрд руб. (почти все — у Сбербанка; региональные избиркомы требуют от кандидатов открывать избирательные счета именно в филиалах Сбербанка, кроме случаев, когда таких филиалов нет, как, например, в Крыму). Эти цифры в качестве иллюстрации "свернутых" счетов РБК получил от одного из банковских аналитиков.

Другой "закрытый" счет — это средства исполнителей гособоронзаказа. Эксперт RAEX Юрий Беляков говорит, что "слышал такую теорию заговора, что скрывается гособоронзаказ", но большой проблемы в сворачивании такой информации он не видит — аналитики не увязывали эти данные непосредственно с финансовым состоянием банков. "Я бы не сказал, что это критическая проблема, потому что остатки по счетам первого порядка (405–408) остались в публичной отчетности. Традиционно абсолютно у всех банков около 90% остатков по счетам юрлиц приходится на обычные коммерческие предприятия. Представление об этом у аналитиков есть, плюс есть по всем банкам ретроспективные данные", — отмечает Беляков.

"Конечно, любое ограничение информации — это сужение возможности для анализа", — говорит Артемьева. Но, например, число кредитных организаций, у которых средства исполнителей гособоронзаказа в принципе могут быть, ограничено, перечень таких банков невелик, а с точки зрения управления рисками аналитикам более интересна ликвидность в системе банковского баланса, рассуждает она.

Иван ТКАЧЕВ, Антон ФЕЙНБЕРГ