Сбербанк потребовал привлечь Кехмана к субсидиарной ответственности

Сбербанк требует привлечь к субсидиарной ответственности Владимира Кехмана, владельца некогда крупнейшего импортера бананов JFC. По версии банка, в ходе процедуры банкротства бизнесмен мог нанести кредиторам ущерб на 4 млрд рублей.

Во вторник, 12 сентября, Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области зарегистрировал заявление Сбербанка, который требует привлечь бизнесмена Владимира Кехмана к субсидиарной ответственности в рамках банкротства ЗАО "Группа Джей Эф Си" — головной компании холдинга JFC, некогда крупнейшего импортера бананов, следует из закрытой части картотеки суда (копия заявления также есть в распоряжении РБК).В Сбербанке подтвердили подачу заявления, отказавшись от более подробных комментариев.

Банановый закат

В 2012 году "Группа Джей Эф Си" обратилась в суд с заявлением о собственном банкротстве, и в компании была введена процедура наблюдения. На тот момент JFC был должен 12 банкам, включая Сбербанк, Банк Москвы, 18,25 млрд руб. без учета штрафов и пеней. Финансовые проблемы импортер объяснял событиями "арабской весны" в странах Северной Африки и Ближнего Востока, из-за которых были сорваны поставки фирмы в эти страны. Как следствие, потоки пошли в Россию и на отечественном рынке возник переизбыток. В ходе следующих почти трех лет компания планировала провести реструктуризацию бизнеса для погашения долгов, но сделать это не удалось, и в 2015 году ЗАО было признано банкротом с последующей распродажей активов в рамках конкурсного производства.

Как указал в своем заявлении Сбербанк, в ходе анализа активов компании конкурсный управляющий установил, что "должником в период с 2012 по 2015 год велась заведомо убыточная деятельность". В частности, компанией заключались сделки по закупке и реализации фруктов "на заведомо невыгодных для JFC условиях". Согласно описанной схеме, JFC фактически покупал продукцию по завышенным ценам, а продавал — по заниженным, используя фирмы-"однодневки". "Совокупный финансовый результат" таких операций — убыток в объеме около 4 млрд руб., говорится в заявлении банка.

Процедура наблюдения не является основанием для отстранения от управления менеджеров компании — в 2012–2015 годах JFC по-прежнему руководил Владимир Кехман. С учетом того что сделки осуществлялись на протяжении длительного времени, носили "регулярный, целенаправленный и систематический характер", руководство компании не могло не знать, что она несет убытки, говорится в заявлении. "Ответчик, являясь гендиректором, намеренно осуществлял в период процедуры наблюдения заведомо убыточную деятельность с превышением пределов полномочий, своими действиями причинил ущерб, вследствие чего полное погашение задолженности кредиторов ЗАО "Группа Джей Эф Си" стало невозможным, что в совокупности является самостоятельным основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности", — заключает банк.

Совокупная сумма непогашенных требований компании кредиторам на текущий момент составляет 17,603 млрд руб.

Личный банкрот

Вместе с началом процедуры банкротства в 2012 году Кехман инициировал собственное банкротство, получив статус банкрота в Лондонском суде. В октябре 2015 года иск о личном банкротстве бизнесмена подал Сбербанк — в первый раз в российской судебной практике (соответствующие поправки в закон "О несостоятельности (банкротстве)", позволяющие инициировать подобные дела, вступили в силу 1 октября 2015 года). Долг бизнесмена в банке оценили более чем в 4,5 млрд руб. По заявлению Сбербанка также было возбуждено уголовное дело в отношении бывших топ-менеджеров JFC и самого Кехмана, которое расследуется до сих пор. Банки-кредиторы обращались в правоохранительные органы с жалобами на затягивание дела. В июле Генпрокуратура вынесла повторное требование к следственному департаменту МВД об устранении нарушений уголовного и уголовно-процессуального законодательства по делу Кехмана.

Сам Кехман в интервью РБК в декабре 2015 года говорил, что все его личное имущество распродано. "Отдал все, что у меня было, судебным приставам", — утверждал он. Согласно опубликованным в мае данным о доходах Владимира Кехмана как директора Новосибирского театра оперы и балета (предприниматель возглавил его в 2015 году), за 2016 год он заработал 13,7 млн руб. В собственности у него находилась квартира (267 кв. м), а также право пользования комнатой в общежитии (27,5 кв. м).

Признание Кехмана банкротом не препятствует его привлечению к субсидиарной ответственности. Как пояснил РБК Александр Заблоцкис, юрист инвесткомпании "А1", требования о привлечении физического лица как контролирующего лица к субсидиарной ответственности могут быть заявлены и после завершения его личного банкротства. "Говоря бытовым языком, эти долги нельзя списать с помощью банкротства физлица", — поясняет он.

Привлечение к субсидиарной ответственности — это механизм за­щиты кредиторов от недобросовестных действий менеджмента компании-должника (или лиц, его фактически контролирующих), в результате которых кредиторы утратили полностью или частично возможность удовлетворить свои требования, продолжает юрист. "Привлекая к субсидиарной ответственности возможного бенефициара бизнеса, кредиторы надеются за счет средств последнего снизить свои убытки от банкротства, — отмечает Заблоцкис. — Периодически после привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности арбитражным судом арбитражный управляющий или кредиторы на основе установленных в определении су­да обстоятельств обращаются в правоохранительные органы для проведения проверки на предмет наличия в действиях контролирующих лиц нарушений уголовного закона".

Получить комментарий Владимира Кехмана на момент публикации не удалось.

Вопросы к управляющему

12 сентября Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области отказал бывшему арбитражному управляющему ЗАО "Группа Джей Эф Си" Дмитрию Бубнову в выплате ему вознаграждения в размере 969,218 тыс. руб. Таким образом суд удовлетворил требования кредиторов компании, сообщил РБК представитель Сбербанка. Отказать в выплате кредиторы просили на основании выявленных фактов о нанесенном компании ущербе. Кредиторы посчитали, что Бубнов действовал "неразумно и недобросовестно", а также способствовал затягиванию процедуры наблюдения. Сам Кехман, отвечая на вопрос РБК, действовал ли Бубнов в его интересах, категорически опровергал это. "Он на то и конкурсный управляющий, что он не может быть моим человеком. Это абсолютно независимый человек был. Мы вели деятельность в соответствии со всеми положениями", — утверждал бизнесмен.

Ирина ПАРФЕНТЬЕВА