Рубль может укрепиться до 55 за доллар в течение месяца

Рубль остается под давлением избыточного предложения валюты. Стоимость бивалютной корзины продолжает укрепляться и торгуется на уровне около 60 руб., приближаясь к отметке 57,5 руб. — минимума с 2016 г. Российский экспорт остается высоким, а конъюнктура рынков — в контексте ситуации — благоприятной. Нефть URALS вновь торгуется на максимальных с 2014 г. уровнях, а принятие шестого пакета санкций Евросоюза, ограничивающего нефтегазовый импорт из России, забуксовало. Предложения США ввести пошлину на импорт или переработку российской нефти не сильно повлияют на конъюнктуру, однако вполне может уменьшить ощущения "токсичности" от ее использования и лишь повысить спрос.

На этом фоне импорт продолжает снижаться. Так, по нашим оценкам, сальдо торгового баланса по торговле товарами и услугами только за апрель могло составить до $40,2 млрд по сравнению со среднемесячными $20 млрд в январе-феврале и около $25 млрд в марте. Поскольку точная динамика экспорта товаров и сальдо торговли услуг неизвестна, объем импорта точно восстановить невозможно, но его можно оценить в диапазоне от $5 до $10 млрд по сравнению с $26,6 млрд в апреле 2021 г. и $27,5 млрд в феврале 2022 г. И хотя начало восстановления импорта — с учетом курса рубля и разрешения на параллельный импорт — является лишь вопросом времени, коррекция может быть неполной.

Данные по Ирану показывают, что доля импорта во внутреннем спросе — сумма конечного потребления и валовых накоплений (инвестиций) в счете ВВП — в течение трех лет после введения санкций упала с 24% до 5%. Хотя в Иране на этот процесс объективно оказывает давление и снижение экспорта, доля которого в составе ВВП упала с 26% до 5%. Уже сейчас очевидно, что по сравнению с предыдущими российскими кризисами восстановление импорта будет более медленным: крупные российские компании-импортеры опасаются репутационного ущерба, а средний бизнес и индивидуальные предприниматели не в состоянии обеспечить прежние масштабы. Процесс продажи бизнеса зарубежными компаниями набирает ход, и пока не ясно, делается ли это с целью формального ухода из России либо реального прекращения продаж своей продукции.